Приключения капитализма. Пролог
Капитализм — общественный строй, при котором средства производства принадлежат небольшому по своей численности классу лиц — капиталистам (буржуазии), а огромная масса непосредственных производителей составляет класс пролетариев, лишённых средств производства и существования и в силу этого вынужденных продавать свою рабочую силу, т.е. поступать в наёмные рабочие к капиталистам.
Статья "Капитализм". Малая Советская Энциклопедия (1959)
Государственно-монополистический капитализм — характерная для эпохи общего кризиса капитализма форма монополистического капитализма. Сущность государственно-монополистического капитализма заключается в соединении гигантской силы капитализма с гигантской силой государства в один механизм, причём государство находится в подчинённом положении по отношению к монополистическому капиталу.
Статья "Государственно-монополистический капитализм". Малая Советская Энциклопедия (1959)
Мы живём при капитализме. Кому-то это не нравится, кого-то пока всё устраивает. Но это свершившийся факт. Социализм победил капитализм в ноябре 1917, капитализм взял реванш в декабре 1991. Горстка предателей под мудрым руководством хозяев денег отбросила СССР на предыдущую ступень развития. В государстве создававшем реакторы на быстрых нейтронах, орбитальные станции и космические беспилотники, появились вожделенные (n+1) сортов колбасы и рваные джинсы. Вкусна ли колбаска?..
Развал СССР ненадолго приостановил "конец истории" — очередные дровишки подбросили в костёр мирового капитализма. Буржуи подсчитали дивиденды, раздали медали "За победу в холодной войне" и ненадолго успокоились. Хотя они конечно в курсе, что учение Маркса верно — они его штудируют. Агония чуть продлилась, но смерть капитализма неизбежна. И оно совершенно не хочет дохнуть.
Россия чудом выжила в проклятые девяностые. Приняла правила игры, заняла нишу в мировой империалистической иерархии, и тихонько поплелась в арьергарде "капиталистических хищников". "Тупые пиндосы" написали нам конституцию и нашей неофициальной государственной идеологией стал благословенный капитализм. А капитализм нашему человеку как собаке пятая нога. Поэтому начальство мечется в поисках альтернативных вариантов государственной идеологии, но никогда не найдёт их. И эти попытки вызывают уже не смех но сочувствие.
Идеологию капитализма определяют глубокое имущественное неравенство, культ денег и частной собственности, индивидуализм и стяжательство, конкурентная борьба и стихийность общественно-экономических процессов, национальная вражда и войны, противопоставление умственного и физического труда, отстранение народных масс от пользования богатствами культуры. Идеология капитализма становится всё более лицемерной, ограниченной и антинародной.
Статья "Капитализм". Малая Советская Энциклопедия (1959)
Что нам, советским людям, капитализм? В гробу мы видали такую идеологию. Капитализм чужд и ненавистен любому советскому, русскому и нерусскому человеку. Потому, что любой нормальный человек не терпит несправедливости.
И поэтому — через колено, изо всех сил, лучшие умы и рты, за бесконечные деньги, любыми способами, правдой и неправдой, с божьей помощью, кнутом и пряником, за всё хорошее, ради всего святого... Но это НЕ будет работать. И текущая власть это понимает, но не может иначе.
При капиталистическом строе основой производственных отношений является капиталистическая собственность на средства производства при отсутствии собственности на работников производства, — наёмных рабочих, которых капиталист не может ни убить, ни продать, ибо они свободны от личной зависимости, но которые лишены средств производства и, чтобы не умереть с голоду, вынуждены продавать свою рабочую силу капиталисту и нести на шее ярмо эксплуатации.
И. В. Сталин. "Вопросы ленинизма". (1952)
Так было, пока существовал Советский Союз. Забугорные буржуи кидали объедки пролетариату, чтобы соблюсти некоторые приличия, и чтобы не полыхнуло. Оставшись в одиночестве капитализм сразу взялся за традиционные рычаги управления. И понеслось — инфляция, безработица, деиндустриализация, закредитованность, деградация, атомизация, моральное разложение, религия, преступность, полицейщина, мигранты, и бесконечные войны всех против всех. Современное податное население становится обузой, людей слишком много и они выдумывают себе какие-то "права" и "потребности" — издержек от людишек больше чем прибыли, а издержки при капитализме нужно оптимизировать. Капитализм действует в соответствии с правилами игры, которые и устанавливает, ведь государство есть аппарат насилия в руках господствующего класса. Россия не исключение.
Но неужели всё так плохо? Может быть всё ещё обойдётся? Авось пронесёт? Как-нибудь договоримся?
Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживлённым, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы.
Т. Дж. Даннинг. "Профсоюзы и забастовки: их философия и цели" (1860)
В погоне за прибылью, мировой капитал (пресловутые хозяева денег) никогда не останавливался и не остановится ни перед чем. Если потребуется, он пожрёт вас, ваших детей и ваших родителей. Уничтожит ваш дом, ваш город, вашу страну, вашу планету. Капитализм умрёт, но умрёт последним. Попробуйте договориться с раковой опухолью.
Что дальше? А дальше всё рухнет, потому что капитализм конечен. Но на обломках этого самовластья никто ничего не напишет. В той войне уже не будет победителей.
Социализм победил и выстоял благодаря политическому и государственному гению Ленина и Сталина, безграничной воле советского народа и немыслимому стечению обстоятельств. Людей масштаба Ленина или Сталина на Земле уже не будет. Обстоятельства не повторятся. Левое движение оболгано, обезображено и забилось в угол — хозяева денег приложили к этому титанические усилия и у них всё получилось.
Осталась ли воля? Но достаточно ли одной воли?